Антибиотик последнего поколения

«Антибактериальный» перенаправляет сюда. Для других целей, см. Антибактериальные (значения) . Эта статья о лечении бактериальной инфекции. О противоопухолевых антибиотиках см. Химиотерапия § Цитотоксические антибиотики .

Антибиотик

Класс наркотиков

Проверка чувствительности золотистого стафилококка к антибиотикам методом диффузии диска Кирби-Бауэра — антибиотики диффундируют из дисков, содержащих антибиотики, и ингибируют рост S. aureus , что приводит к зоне подавления.

В викидате

Антибиотик представляет собой тип противомикробного вещества активных против бактерий . Это наиболее важный тип антибактериального средства для борьбы с бактериальными инфекциями , а также антибиотиков препараты широко используются в лечении и профилактике таких инфекций. Они могут либо убить, либо подавить рост бактерий. Ограниченное количество антибиотиков также обладает антипротозойной активностью. Антибиотики не эффективны против вирусов, таких как простуда или грипп; лекарства, которые ингибируют вирусы, называются противовирусными препаратами или противовирусными препаратами, а не антибиотиками.

Иногда термин » антибиотик» — буквально «противостоящий жизни», от греческих корней antiντι anti , «против» и βίος bios , «жизнь» — широко используется для обозначения любого вещества, используемого против микробов , но при обычном медицинском использовании, антибиотики (такие как пенициллин ) — те, которые произведены естественным путем (один микроорганизм борется с другим), тогда как неантибиотические антибактериальные средства (такие как сульфонамиды и антисептики ) являются полностью синтетическими . Тем не менее, оба класса имеют одну и ту же цель: убить или предотвратить рост микроорганизмов, и оба включены в антимикробную химиотерапию . «Антибактериальные средства» включают антисептические лекарственные средства, антибактериальные мыла и химические дезинфицирующие средства , тогда как антибиотики представляют собой важный класс антибактериальных средств, более конкретно используемых в медицине, а иногда и в кормах для скота .

Антибиотики использовались с древних времен. Многие цивилизации использовали местное применение заплесневелого хлеба со многими ссылками на его полезные эффекты, возникающие в Древнем Египте, Китае, Сербии, Греции и Риме. Первым, кто непосредственно задокументировал использование плесени для лечения инфекций, был Джон Паркинсон (1567–1650). Антибиотики произвели революцию в медицине в 20 веке. Александр Флеминг (1881–1955) открыл современный пенициллин в 1928 году, широкое применение которого оказалось весьма полезным в военное время. Тем не менее, эффективность и легкий доступ к антибиотикам также привели к их чрезмерному употреблению, и некоторые бактерии развили устойчивость к ним. Всемирная организация здравоохранения классифицирует резистентность к противомикробным препаратам , как широко распространенная «серьезная угроза это уже не прогноз на будущее, то , что происходит прямо сейчас в каждом регионе мира и имеет потенциал , чтобы влиять на кого — либо, в любом возрасте, в любая страна».

Последний резерв

Такие бактерии сейчас вызывают у людей, например, менингит, заражение крови и очаговые гнойные инфекции. Последним прорывным открытием в этой области стал вывод на рынок еще в 1960-х годах так называемых фторхинолонов (fluoroquinolones) — группы лекарственных веществ, обладающих выраженной противомикробной активностью, широко применяющихся в медицине в качестве антибактериальных лекарственных средств широкого спектра действия.

Новые антибиотики, однако, миру сейчас нужны, как никогда, потому что сопротивляемость колистину, лекарству последнего резерва (антибиотик, продуцируемый некоторыми штаммами бактерии Paenibacillus polymyxa, эффективен пока против большинства грамотрицательных бактерий, хотя токсичен для почек и даже порой нейротоксичен) пока редка, но и она постепенно растёт.

Эта статья была автоматически перенесена со старого сайта на новый. Если вы увидели ошибки или искажения, не сочтите за труд, сообщите по адресу community-feedback@swissinfo.ch Приносим извинения за доставленные неудобства.

Проблема осложняется тем, что из года в год все большему количеству больных требуется стационарное лечение. По мнению многих отечественных и зарубежных авторов, удельный вес больных, госпитализированных по поводу заболеваний слизистой оболочки носа и ОНП, увеличивается ежегодно на 1,5–2% .
Учащение случаев возникновения гнойного воспаления ОНП можно связать с увеличением необоснованного применения антибактериальных средств последнего поколения, что приводит к увеличению полирезистентных штаммов микроорганизмов, а также к значительному угнетению клеточных и гуморальных факторов резистентности организма. Следствием персистенции полирезистентных штаммов микроорганизмов является формирование стойких морфологических изменений слизистой оболочки верхнечелюстной пазухи, которые приводят к хронизации острого процесса, затрудняют и часто мешают возможности лечить его консервативно. Поэ­тому правильный выбор антибактериального препарата является залогом благоприятного исхода острого гнойно–воспалительного процесса в верхнечелюстной пазухе.
Основной задачей антибактериальной терапии синусита является эррадикация возбудителя с поверхности слизистой оболочки ОНП. Такая возможность появляется только в том случае, если в очаге поражения создается постоянная бактерицидная концентрация препарата. Учитывая большое количество слизи, гнойного экссудата в полости ОНП и на поверхности слизистой оболочки, добиться создания постоянной бактерицидной концентрации в очаге поражения бывает достаточно сложно. Более того, использование антибактериальных препаратов в низких дозировках не обеспечивает необходимой бактерицидной концентрации и, следовательно, не приводит к эррадикации патогенов из очага поражения, что, в свою очередь, приводит к активации патологического процесса, а в конечном счете – к развитию гнойно–пролиферативных изменений в слизистой оболочке ОНП, требующих уже хирургической коррекции. Факт необходимости создания и поддержания постоянной бактерицидной концентрации действующего вещества лимитирует возможность применения некоторых групп антибактериальных препаратов и использование антибиотиков в малых терапевтических дозировках. Именно поэтому современная концепция антибактериальной терапии сводится к назначению высоких доз антибактериального препарата и увеличению продолжительности терапии бактериального синусита в условиях острого воспаления до 10 дней.
В оториноларингологической практике основными препаратами для коррекции острых гнойно–воспалительных заболеваний в амбулаторных условиях являются таблетированные β–лактамные антибиотики (β–лактамы) – наиболее широко представленная группа современных антибактериальных препаратов, включающая значительное число природных и полусинтетических соединений, характерной чертой каждого из которых является гетероциклическое β–лактамное кольцо. Мишенью β–лактамам служат так называемые пенициллинсвязывающие белки – транспептидазы прокариотических клеток, обусловливающие процесс поперечного сшивания гетерополимерных цепей пептидогликана, важнейшего структурного компонента клеточной стенки прокариот. Вследствие инактивации транспептидаз становится невозможной сборка полноценной клеточной стенки, и клетка лизируется под избыточным осмотическим давлением цитоплазмы .
Чувствительностью к β–лактамам обладает подавляющее большинство бактериальных видов. Исключе­ния могут составлять L–формы микроорганизмов и облигатные внутриклеточные паразиты. В то же время нельзя не отметить, что приобретенная резистентность к β–лактамам распространяется на значительную долю штаммов микроорганизмов того или иного вида, оставляя клиницисту существенно ограниченную свободу терапевтического маневра.
Приобретенная резистентность к β–лактамам обеспечивается двумя механизмами – модификацией структуры мишени и инактивацией антибактериального препарата. В рамках первого механизма в состав клеточной стенки бактерии интегрируются атипичные дополнительные пенициллинсвязы¬вающие белки (ПСБ) с низкой аффинностью к β–лакта¬мам, не утратившие при этом транспептидазной актив¬ности. Второй механизм приобретенной резистентнос¬ти предполагает наличие β–лактамаз различного типа -ферментов, обеспечивающих гидролиз β–лактамного кольца с последующей потерей им функциональной ак¬тивности .
Родовой характеристикой интересующих нас S. aureus, S. pпeuтoпiae, S. pyogeпes, Streptococcus spp. – типичных грампозитивных бактерий, обладающих выраженным слоем пептидогликана, является чувствительность к β–лактамам. Фактически, лишь S. pyogeпes (БГСА) не демонстрирует способности к приобретению резистентности к пенициллинам и цефалоспоринам, тогда как S. aureus и S. pпeuтoпiae отличаются этим свойством в заметной степени.
В настоящее время приобретенной резистентностью к природным пенициллинам обладает в зависимости от региона до 90% штаммов S. aureus, причем у части из них (PRSA) резистентность обусловлена детерминированной плазмидными генами способностью к продукции β–лактамаз, а у мети-циллино­резистентных стафилококков (MRSA) – наличием атипичного ПСБ. Большинство штаммов стафилококков (85–95%) в настоящее время вырабатывают β–лактамазы и устойчивы к действию природных пенициллинов. Активность β–лактамаз различного типа эффективно подавляется их ингибиторами – клавулановой кислотой, сульбактамом, тазобактамом, с успехом использующихся при конструировании так называемых ингибиторзащищенных β–лактамных антибактериальных препаратов. .
Наиболее распространенными препаратами для лечения острой гнойно–воспалительной оториноларингологической патологии являются аминопенициллины, которые были искусственно созданы путем модификации молекулы природных пенициллинов. Аминопени­цил­лины занимают одно из первых мест среди всех антибактериальных препаратов по частоте применения как в оториноларингологической практике, так и в других отраслях медицины. Эти препараты активны в отношении стрептококков, пневмококков, грамотрицательных кокков (гонококк, менингококк), а также некоторых анаэробов; малоактивны – в отношении энтерококков. Аминопенициллины характеризуются широким спектром противомикробного действия. Активны в отношении тех микробов, на которые действуют природные пенициллины (более активны в отношении энтерококков, менее активны в отношении стрептококков и пневмококков), не активны в отношении стафилококков, продуцирующих b–лактамазы. Аминопенициллины также высокоактивны в отношении некоторых грамотрицательных бактерий, главным образом кишечной группы: кишечной палочки, протея, сальмонелл, шигелл, а также гемофильной палочки. Важным недостатком классических аминопенициллинов является отсутствие активности в отношении штаммов, продуцирующих b–лактамазы. Выраженной способностью к продукции b–лактамаз, в частности, обладают грамотрицательные H. influeпzae, M. catarrhalis, P. aerugiпosa, причем последняя зачастую ассоциируется с заболеваниями уха, горла, носа нозокомиального про-исхож­дения. Отдельным аспектом проблемы приобретенной резистентности к β–лактамным препаратам является способность штаммов семейства Enterobac­teriaceae (E. coli, К. рneumoniae и др.) госпитального происхождения к продукции β–лактамаз расширенного спектра действия (ESBL) .
Неуклонный рост приобретенной резистентности S. pпeuтoпiae к β–лактамам представляет собой серьезную проблему для многих стран мира, в том числе и России, но при этом отмечается абсолютная чувствительность S. pneumoniae к ингибиторзащищенным аминопенициллинам и цефалоспоринам.
Спектр и сила противомикробного действия ампициллина и амоксициллина примерно одинаковы. Однако в клинической практике амоксициллин имеет существенные преимущества перед ампициллином: более высокие концентрации в крови, моче, мокроте. Пища не влияет на всасывание амоксициллина, который лучше переносится и реже вызывает диарею.
В настоящее время амоксициллин считается оптимальным средством в амбулаторной практике при лечении инфекций ЛОР–органов. Комбинация ампициллина с оксациллином в настоящее время не должна применяться в клинической практике, так как является нерациональной.
При этом амоксициллин является наиболее активным препаратом против пневмококков и в 4 раза превосходит по этому параметру ампициллин. Вследствие этого данные о резистентности к пенициллину и ампициллину нельзя распространять на амоксициллин. Дополнительным его преимуществом является высокая усвояемость организмом и в 2 раза более высокая, чем у ампициллина, концентрация в крови, а также значительно меньшая частота нежелательных побочных реакций со стороны желудочно–кишечного тракта.
Преодолеть β–лактамазную активность бактерий перечисленных видов способны ингибитор-защищенные β–лактамы.
В связи с широким распространением резистентных к антибактериальным препаратам микробов, выз­ванных продукцией ими β–лактамаз, были созданы вещества, получившие название «ингибиторы β–лактамаз». Как и другие β–лактамные антибиотики, они содержат в своей структуре β–лактамное кольцо, но обладают слабыми антибактериальными свойствами. Однако они имеют свойство необратимо инактивировать широкий спектр b–лактамаз, продуцируемых различными микроорганизмами (стафилококками, энтерококками, кишечной палочкой, протеем, клебсиеллой, гемофильной палочкой и др.). Это клавулановая кислота, сульбактам и тазобактам.
В связи с этим данные вещества применяются в комбинации с пенициллинами широкого спектра действия, которые связывают эти ферменты и защищают содержащиеся в составе этих препаратов пенициллины от действия b–лактамаз. В результате резистентные к ампициллину и амоксициллину штаммы микроорганизмов становятся чувствительными к комбинации этих препаратов с ингибиторами b–лактамаз.
Эти комбинированные препараты применяют для лечения инфекций ЛОР–органов, включая осложненные и внутрибольничные, особенно при высоком риске наличия возбудителей, продуцирующих b–лактамазы, а также при выраженной иммуносупрессиии организма.
Так как пенициллины относятся к антибиотикам с времязависимым типом действия, возможности преодоления резистентности S. pneumoniae связаны с повышением разовой дозы, уменьшением интервала дозирования (более частое введение) или увеличением продолжительности внутривенной инфузии суточной дозы антибиотика. Увеличение дозы амоксициллина по отношению к клавуланату удлиняет период времени, в течение которого поддерживается активность препарата в отношении чувствительных микроорганизмов. В этой связи для преодоления резистентности пневмококка благодаря новым инновационным технологиям в фармакологической индустрии удалось получить принципиально новые формы пероральных защищенных пенициллинов, названных пролонгированными формами.
При этом была создана новая оральная форма амоксициллина/клавуланата с повышенным содержанием амоксициллина – Аугментин СР®. Указанная форма со­дер­жит 1000 мг амоксициллина с пролонгированным его высвобождением, что улучшает фармакокинетические параметры препарата, и 62,5 мг клавулановой кислоты. Увели­че­ние дозы амоксициллина по отношению к клавуланату удлиняет период времени, в течение которого поддерживается активность препарата в отношении чувствительных микроорганизмов.
Рекомендованный режим дозирования для лечения острого и обострения хронического гайморита – 4000 мг амоксициллина и 250 мг клавуланата в сутки, разделенный на два приема, позволяет воздействовать не только на умеренно резистентные, но и на резистентные штаммы. Помимо этого, высокодозная эффективная терапия минимизирует селекцию антибиотикорезистентных штаммов микроорганизмов. Следует отметить, что уменьшение доли клавулановой кислоты позволило улучшить переносимость указанной формы препарата у пациентов. При этом интересно, что активность бактерий, продуцирующих β–лактамазы, подавляется даже при очень низких концентрациях клавуланата.
Таким образом, учитывая благоприятные фармакокинетические и фармакодинамические параметры высокодозного Аугметина СР, представляется крайне важным и целесообразным его использование в терапии бактериального синусита.

Данная статья опубликована при финансовой поддержке ГлаксоСмитКляйн. Мнение авторов может не совпадать с позицией компании ГСК.

Карта здоровья: Прокуратура Алматы совместно с департаментом экономических расследований выявила подпольный цех по изготовлению поддельных лекарственных препаратов.

В ходе оперативно-розыскных мероприятий установлены типография по изготовлению упаковочного материла для лекарственных препаратов, склад для хранения изготовленной нелегальной продукции, а также подпольный цех.

«Всего по результатам изъято более 100 тонн упакованных лекарственных препаратов сомнительного происхождения, которые планировалось реализовать под торговыми названиями: «Ротоцеф», «Солкасерил», «Регидрон оптим», «Кальций Д3 никомед», «Цефамед», «Цераксон», «Цефтазидин» и др. Таким образом, правоохранительными органами пресечена попытка незаконной реализации лекарственных препаратов сомнительного происхождения через оптовую и розничную сеть на территории страны», — говорится в сообщении.

По этому факту проводятся следственные действия, назначены экспертизы.

«При координации прокуратуры города мобильными группами выявлены 109 правонарушений по факту завышения аптеками города, установленных предельных цен, к административной ответственности привлечены 109 лиц по статье 426 КоАП РК. По 25 фактам проводятся досудебные расследования», — рассказали в прокуратуре Алматы.

Изъятые медикаменты в количестве 1 000 упаковок (не сомнительного происхождения — прим. авт.) и 8,5 миллиона единиц медицинских масок переданы в учреждения здравоохранения города. Государственными органами в этом направлении продолжается активная работа.

Понравилась новость? Расскажи друзьям на

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *